В годы Великой Отечественной войны Новочеркасск больше шести месяцев находился под вражеской оккупацией. И сейчас среди жителей нашего города немало тех, чьё детство пришлось на трудное военное время, кто помнит события оккупации так ярко, словно это было совсем недавно, а не семь десятилетий тому назад.

Юрий Алексеевич Сухорученко – один из таких людей. Он – уроженец нашего города, и род свой ведёт от донских казаков. Он появился на свет в 1930 году; его отец, Алексей Петрович, работал машинистом, а мать, Неонила Ильинична, вела домашнее хозяйство. Детство мальчика прошло на улице Александровской, в большом доме царской постройки – до революции там располагался постоялый двор.

К середине лета 1942 года Юре не исполнилось и тринадцати лет. Гремящая уже год война подобралась совсем близко к казачьей столице, но вражеские сапоги ещё не гремели по городской брусчатке и мостовым. Быть может, именно поэтому погожим июльским днём, услышав испуганный крик соседки «Немцы идут!», он испытал не страх, а скорее, любопытство – и вместе с другом взобрался на ветвистую грушу. С вышины дерева ребята и увидели, как по улицам на мотоцикле проехал немецкий солдат. А вскоре подоспели и остальные гитлеровцы…

Захватчики навели в городе немецкий «образцово-показательный» порядок, в Новочеркасске появились оружейный склад, полицейский участок и даже отделение гестапо. Жизнь потекла своим чередом: немцы не устраивали в казачьей столице массовых расстрелов и казней, но легче от этого не становилось. Многие горожане были угнаны в Германию, гитлеровцы с подручными-румынами хозяйничали в домах и на улицах… До сих пор Юрий Алексеевич вспоминает, как зашедший к ним в дом немец, увидев в книжке портрет Сталина, выругался и вырвал страницу. К счастью, никаких карательных мер за этим не последовало.

В конце сентября сорок второго года на новочеркасском участке железной дороги прогремел мощный взрыв. На воздух взлетел немецкий эшелон с боеприпасами, который захватчики собирались доставить к немецким частям, ведущим бои под Сталинградом. Разъярённые гитлеровцы принялись массово арестовывать всех железнодорожников, стремясь найти подорвавших эшелон партизан. Не избежал этой печальной участи и отец Юры.

Юрий Алексеевич рассказывал о своём военном детстве живо и с интересом, и лишь в этом месте в его голосе прозвучали грусть и горечь. Он вспоминал, как вместе с матерью кинулся сначала в полицию, а оттуда – в гестапо, куда отца отправили как «пособника партизан»; вспоминал, как в последний раз в жизни увидел отца, идущим на допрос…

Через несколько дней мать уведомили, что муж «отправлен в далёкие лагеря». Но это оказалось ложью. Уже после освобождения Новочеркасска, в сорок третьем, семья узнает, что Алексей Сухорученко вместе с другими подозреваемыми в подрыве был казнён и захоронен в общей могиле, в противотанковом рву. Возможно, вместе с ним были похоронены Георгий Павлов и Тимофей Колыванов – именно они остались в истории как исполнители той памятной диверсии…

Но это будет позже – пока же в оккупированном городе, где не было света и воды, приходилось выживать. Туго было и с едой. Вместе с сестрёнкой Ниной Юра собирал пшеничные колосья в полях за городом, помогал матери, когда она ходила обменивать на продукты вещи и ценности, даже ломал деревянные полы в одной из закрытых школ – за древесную вязанку можно было купить стакан фасоли или банку кукурузы, настоящее богатство по тем временам!

Зимой в Новочеркасске начались проблемы с отоплением. Для добычи огня приходилось использовать старинное огниво; а ещё в руки Юры попала зажигалка с настоящим немецким патроном внутри – она до сих пор сохранилась у него дома, как воспоминание о той суровой зиме.

Той зимой мальчик и сам побывал за решёткой, и, если б не счастливое стечение обстоятельств, всё могло бы обернуться для него гораздо хуже. Ему удалось пробраться на немецкий склад и утащить оттуда настоящий парашют – прочная ткань очень высоко ценилась на рынке, и мать в тот день вернулась домой с множеством вкусных подарков. О дерзком поступке Юры узнал сосед – и сам попытался повторить успех мальчишки, но не сумел спрятать ворованный парашют, и вскоре был арестован. И Юра избежать ареста не сумел.

Вместе с ним в камеру попали и его приятели, также покусившиеся на немецкое «добро». Сокамерники в шутку прозвали мальчишек парашютистами. Но вскоре ребят выпустили, лишь выпоров для острастки – возможно, именно решительное наступление советских войск заставило немцев отказаться от каких-то более жестоких мер…

13 февраля Новочеркасск был освобождён. Враги бежали, оставив после себя лишь наполовину опустевшие склады и груду брошенных винтовок – с одной из таких Юра бегал в тот день по освобождённому городу. А вскоре мирная жизнь вернулась на новочеркасские улицы. Мать мальчика устроилась на работу в открывшийся в городе пионерский лагерь. Сам Юра попал в музыкальный взвод 106-го стрелкового полка, что стоял тогда в Куксах. Играть в полковом оркестре мальчику так понравилось, что ради этого он даже забросил учёбу.

Позже Юра оказался в музыкальном взводе Конотопского авиаучилища – в те годы оно базировалось на аэродроме микрорайона Хотунок. Во взводе было немало мальчишек – ровесников Юры; ребята играли на танцах, праздниках, выступали с концертами для солдат-победителей. Юре очень нравилось играть на трубе – и некоторые из мелодий он запомнил на всю жизнь, так они ему полюбились.

В 1945 году Юрий Сухорученко вступил в комсомол. До 1950 года он был литейщиком на НЭВЗе, где Юре довелось работать вместе с Гансом – одним из множества пленных немцев, трудившихся в те годы на восстановлении советского хозяйства. Никакой неприязни меж напарниками не возникло, напротив, русский парень и пленный немец стали  хорошими приятелями. В сорок девятом Ганс возвратился на родину, в Бремен, откуда под Новый год прислал Юрию праздничную открытку с тёплым дружеским поздравлением. Открытка эта бережно хранится в семье Юрия Алексеевича по сей день.

Дальнейшая судьба Юрия сложилась хорошо и интересно. Три года он прослужил в учебно-танковом батальоне в Прикарпатье, был командиром танка и демобилизовался в звании старшего сержанта. Летом 1957 года парень побывал в Москве на VI Всемирном фестивале молодёжи и студентов – и не простым зрителем, а спортсменом, гимнастом. До самой пенсии Юрий Алексеевич трудился на Новочеркасском заводе постоянных магнитов. За свои успехи в труде он был удостоен нагрудного знака «Отличник министерства электропромышленности СССР». 

Юрий Алексеевич по-прежнему живёт в нашем городе со своей любящей женой Ириной Борисовной, супруги вместе уже больше полувека. Он нередко участвует в праздничных мероприятиях, посвящённых Великой Отечественной, часто бывает и на уроках мужества, рассказывая молодым ребятам о своём военном детстве.

Денис Храновский

Статьи выкладываются в ознакомительном формате.

Желающие получать полную версию газеты в электронном виде в формате PDF могут направить запрос по адресу электронной почты: nved@novoch.ru и им будут высланы реквизиты для оплаты. Стоимость подписки на полгода 150 рублей.