Американская сказка

[Всешишкин]

Что то вырубает в последнее время - мордой в клаву.

снизь дозировку.

[Дионис]

снизь дозировку

Это я ещё на трезвую голову

Давайте следующие сказки

Пожалуйста.

Кенос путешествовал по всему необъятному миру. Зайдя на Огненную Землю, он отдал её нам, индейцам селькнам. В те дни Кенос совсем один был, никого больше. Он осмотрелся, пошёл на болотистую равнину, вытащил кочку, взял из-под неё глины вместе с корнями трав и вылепил мужской орган. Потом взял ещё глины, смешал с водой и вылепил женский орган. То, что вылепил, положил на землю, а сам ушёл. Ночью оба предмета соединились и к утру родилось что-то вроде человека, наш первопредок. Он быстро оформился, сразу же взрослым стал. В следующую ночь мужской орган и женский снова совокупились и породили ещё одного нашего предка. Так продолжалось ночь за ночью. Через некоторое время мужчин и женщин стало достаточно и люди принялись размножаться сами.
Этих два первых органа Кенос сделал из тёмной земли на болоте, поэтому кожа у селькнам тёмная. А вот белые — светлокожие. Дело в том, что Кенос ушёл куда-то на север и там тоже слепил мужской и женский органы, однако, на сей раз из светлой глины, которую отыскал на берегу моря. По ночам эти органы соединялись и породили белых людей. Их становилось все больше, хотя и нас в те времена было немало.

[Дионис]

Однажды Куфал превратил себя в девушку. Выйдя под вечер из дома, он прикрылся набедренной повязкой, позаимствованный у младшей сестры, и сделал себе груди — такие, какие бывают совсем ещё у юных девушек. Около деревни группа девушек вышла ему навстречу.
— Я пришла, подружки! — приветствовал их Куфал, — пойдёмте танцевать!
— Говорят, младшая сестра Куфала появилась, — передавали друг другу новость молодые мужчины.
Когда танцы кончились, Куфал предложил:
— Сделаем так: пусть девственницы лягут в одном углу, а те девушки, которые уже занимались раньше любовью — в другом. Я лягу, конечно, с теми, которые у нас помоложе!
Набедренная повязка Куфала была из хорошей кожи, на шее висели ожерелья. Мужчины стали приставать к нему и к другим красавицам, но те их прогнали. Вскоре девушки крепко спали.
«Наконец-то!» — подумал Куфал. Он осторожно снял повязку с бёдер соседки, лежавшей к нему спиной, и ввёл свой огромный член. Потом повернулся к другой соседке и поступил точно так же. Подобным образом он лишил девственности всех девушек, так что поутру под каждой из них оказалась маленькая лужица крови.
Проснувшись, девушки убедились, что их дефлорировали.
— Теперь ничего не поделаешь! — сказала одна. — А мы-то думали, что с нами ночует младшая сестра Куфала!
В это время Куфал уже находился по пути к дому. За ним увязались деревенские парни, которые все ещё полагали, что имеют дело с девицей. Куфал остановился.
— Ты здесь одна? — спросили парни, не скрывая намерения изнасиловать красавицу.
— Одна, одна, — хихикнул Куфал, снимая набедренную повязку.
Тут люди увидели его пенис — гигантский и весь в крови. Говорят даже, что такой пенис можно было трижды обмотать вокруг пояса.
— Да! — сказали ребята. — Тут никуда не денешься!
А Куфал пошёл своей дорогой.

Добавлено спустя 58 секунд:
Не только Запорожцы писали хану письмо.

Скрытый текст: Показать

[Дионис]

Мне первоисточник временно не доступен
Кто продолжит?

[Всешишкин]

Кто продолжит?

настоящих буйных мало...(С)

[Дионис]

Тогда - кто подхватит?

[OE35]

Тогда - кто подхватит?

ну не жалуйся потом
18+

Скрытый текст: Показать

Жили-были в вигваме старик со старухой.

Вот и говорит старик старухе:

— Поди-ка, старуха, по коробу поскреби, по сусеку помети, не наскребешь ли муки на колобок.

Взяла старуха крылышко, по коробу поскребла, по сусеку помела и наскребла муки горсти две.

Замесила муку на сметане, состряпала колобок, изжарила в масле и на окошко студить положила.

Колобок полежал, полежал, взял да и покатился — с окна на лавку, с лавки на пол, по полу к двери, прыг через порог — да в сени, из сеней на крыльцо, с крыльца на двор, со двора за ворота, дальше и дальше в прерии.

Катится Колобок по дороге, навстречу ему индеец Заяц:

— Колобок, Колобок, я тебя съем!

— Не ешь меня, индеец Заяц, я тебе песенку спою:

phpBB [video]

http://www.youtube.com/watch?v=hUHkfWDa5po

И покатился по дороге — только оглохший Заяц его и видел!

Катится Колобок, навстречу ему индеец Волк:

— Колобок, Колобок, я тебя съем!

— Не ешь меня, Серый Волк, я тебе песенку спою:

phpBB [video]

http://www.youtube.com/watch?v=hUHkfWDa5po

И покатился по дороге — только офигевший индеец Волк его и видел!

Катится Колобок, навстречу ему индеец Медведь:

— Колобок, Колобок, я тебя съем!

— Где тебе, косолапому, съесть меня!



потряс Колобок скальпами оглохшего Зайца и офигевшего Волка и покатился — только Медведь его и видел!

Катится Колобок, навстречу ему Лиса Тапир:

— Колобок, Колобок, куда катишься?

— Качусь по дорожке.

— Колобок, Колобок, спой мне песенку!

Колобок и запел: http://www.youtube.com/watch?v=hUHkfWDa5po

А Тапир говорит:

— Ах, песенка хороша, да слышу я плохо. Колобок, Колобок, сядь ко мне на носок да спой еще разок, погромче.

Колобок вскочил Тапиру на нос и запел погромче ту же песенку.

А Тапир опять ему:

— Колобок, Колобок, сядь ко мне на язычок да пропой в последний разок.

Колобок прыг Тапиру на язык, а Тапир его — гам! — и ...

Добавлено спустя 3 минуты 43 секунды:
и спойлер на завтра: что индейский сантехник делает сзади мыши??? скоро...

[Дионис]

Благо дарю

[Дионис]

Итак, прошло 6 дней без сказок.
Судя по разрывающейся от сообщений личке - постить никто не хочет, а только читать.
Ну что же, продолжаем разговор:

Месяц когда-то был красивым парнем и жил на земле. Вставал рано, так что уже к полудню возвращался нагруженный всяким добром: то тащит тушу тапира, то медовые соты. Девушки к нему так и липли, но вот удивительно: едва какая-нибудь выйдет за него замуж, как дней через пять её пора хоронить. Никто не мог понять, почему здоровые девицы мрут без всякой причины. Никаких следов побоев, порезов или иных признаков дурного обращения на трупах обнаружить не удавалось.
— Что с твоими жёнами происходит? — спрашивали соседки.
— Ума не приложу! — каждый раз отвечал месяц. — Просыпаюсь, толкаю локтем жену, а она не дышит!
Все же загадка разрешилась. В брачную ночь месяц всегда ждал, когда его избранница заснёт.
— Попробуй не спать! — посоветовали родители одной из невест.
Девушка послушалась и только сделала вид, будто дремлет. Почувствовав, что месяц готов с ней соединиться, она открыла глаза и увидела пенис мужа: тот был таких огромных размеров, что ни одна женщина после совокупления не могла, конечно, долго оставаться в живых. Молодая жена дождалась до утра и вернулась к родителям, а с месяцем больше никто не хотел иметь дела.
Прошло много лет. Однажды месяц отправился в другую деревню и встретил там девушку лет пятнадцати. Стал звать её к себе в гости и так упрашивал, что та согласилась. К полудню добралась. Хозяин поел, поспал, а затем пошёл провожать гостью домой. Дорогой стемнело, пришлось ночевать в лесу. Месяц лёг поближе к костру. Девушка собиралась устроиться подальше, но страх перед ягуарами заставил и её лечь у огня. Чем дольше она боролась со сном, тем крепче заснула под утро. Месяц с нетерпением ждал этого момента. Дотронувшись до девушки и убедившись, что она действительно спит, он лёг на неё. Месяц успел ввести член до половины, когда девушка проснулась. К счастью, её женские органы были ещё лишь немного повреждены, хотя кровь уже потекла.
С той поры кровь течёт у всех женщин — каждый месяц. А девушку месяц довёл до дома.
— Зачем ты пошла с этим старым обманщиком? — удивлялись родители.
— Вы же сами сказали — иди! — возразила бедная девушка.

[Дионис]

Муж и жена посеяли хлопок. Вот уже раскрылись первые коробочки. Хозяйка пошла на поле, но вернулась ни с чем. Стояли душные жаркие ночи, обещавшие добрый урожай. Между тем и через неделю женщина опять обнаружила, что собирать нечего.
— Кто-то крадёт у нас хлопок! — пожаловалась она мужу.
— Вот негодяй, уж я ему не спущу! — заявил индеец, взял лук и отправился сторожить вора. Однако стрелять не пришлось. Едва спустилась ночь, так за хлопком явились две молодые женщины. Даже во мраке можно было заметить, сколь соблазнительно они выглядят. Индеец выскочил из укрытия и схватил обеих. Та из сестёр, которая назвалась луной, с первого взгляда понравилась ему больше.
— Напрасно ты выбрал меня, — убеждала луна, — возьми Венеру, не пожалеешь!
Но индеец не слушал.
— Хорошо, — согласилась луна. — Но если ты так желаешь спать со мной, подготовь большую корзину.
— Зачем? — удивился мужчина.
— Увидишь! — последовал короткий ответ.
После соития секрет раскрылся. Пенис индейца начал вытягиваться и сделался таким длинным, что пришлось его смотать и положить в корзину. А по ночам он змеёй выползал наружу, забираясь к соседским женщинам и девушкам. И с каждым разом становился все больше и больше.
И вот однажды член достиг неба и соединился с луной. Мужчина не выдержал: взял нож и отрезал свой орган. Пенис упал на землю и превратился в змею, а мужчина умер.
Рассказывают эту историю и немного иначе. Мол, луна и Венера воровали не хлопок, а кукурузу, так как проголодались. Хозяином поля был человек-солнце. Поймать удалось лишь одну луну, с которой он и лёг. На следующую ночь, уже обзаведясь длинным членом, солнце снова пошёл сторожить урожай. Увидев Венеру, он пустил перед ней свой пенис-змею, а Венера взяла да и рубанула его ножом. Человек-солнце умер и поднялся на небо, став просто солнцем.

[Дионис]

Куни до добра не доведёт!

Тёща ворчала и злилась с утра до вечера.
— По дому помочь — никак времени нет, а сам днями и ночами торчишь в холостяцком доме; болтаетесь без дела, да женщинам кости моете!
Для жены брюзжанье матери стало столь же привычным, как и вечное отсутствие мужа. Поэтому, когда супруг заявил, что сегодня остаётся дома, жена испугалась, она сразу же поняла, что тот задумал недоброе.
И оказалась права. Вечером муж попросил не разводить большого огня. Как только жена заснула, муж осторожно взял двумя пальцами её клитор и стал тянуть. К утру клитор сделался таким длинным, что им было можно померить расстояние от одного угла помещения до другого. Осуществив задуманное, мужчина сбежал, как всегда, в дом холостяков.
Проснувшись, женщина запричитала и попыталась запихать клитор обратно, но не смогла даже дотянуться до его конца.
— Чего ты не идёшь мыться? — удивилась тёща, видя как дочь сидит на полу.
— Не могу, — отвечала та, — я заболела.
Мать подумала про себя, что дочь слишком много занималась любовью, но тут заметила клитор и рассердилась. Обвязав ей пояс верёвкой, она повела дочь к реке, а клитор тащился сзади по земле. Какой-то мальчик решил, что ползёт змея, и уже приготовил свой лук, но мать успела его остановить.
— Разве не ясно, что это не змея, а клитор моей дочери, который вытянул зять! — отчитала старуха мальчишку.
На пляже она расстелила солому, положила сверху циновку и велела дочери лечь.
— Не вопи! — приказала мать и отсекла клитор ударом бамбукового ножа.
Однако боль была так сильна, что молодая женщина вскрикнула и потеряла сознание. А отрезанный клитор превратился в анаконду и скрылся в воде.
Старуха опрыскала дочь, чтобы та очнулась. Несчастная была вся в крови и мать принялась её мыть. Привела её домой, уложила в постель, и через шесть дней дочь более или менее поправилась.
— Плохой у тебя муж, — заключила тёща, — брось его!

[Дионис]

Месяц влюбился в обеих сестёр, но пошла за него только старшая. Впрочем и ей он вскоре же разонравился: жене до смерти надоело каждый вечер искать у мужа вшей в голове.
Однажды месяц обнаружил в лесу плодовое дерево. «Мне бы помощниц!» — подумал он.
— Мы здесь! — ответили сестры.
Месяц залез на дерево и стал бросать плоды вниз, а женщины их подбирали и ели. Плоды оказались особенные — от них пьянеют и засыпают. Подождав, пока сестры заснут, месяц слез и пошёл по лесу искать «цветок вдовы». Этот цветок распускается на некоторых лианах и распространяет удивительный аромат. Вернувшись к подножью дерева, месяц раздвинул обеим женщинам ноги и для начала вытащил из лона у каждой зубы пираньи. Но только он собирался положить на место зубов благоуханные лепестки, как раздался оглушительный птичий крик. Месяц испугался и снова залез на пальму. А жаль — ведь как сладко пахли бы сейчас женщины!
Сестры проснулись и почувствовали, что в вульвах у них нет больше зубов.
— Где моя погремушка? — возмутилась старшая, подняла глаза к вершине дерева и в бешенстве принялась бить ногой по стволу.
Чем сильнее била, тем быстрее росло дерево. Убедившись, что месяц оказался достаточно высоко и не сможет слезть, сестры ушли.
Бедняга просидел на дереве несколько дней. «Хоть бы зверь какой-нибудь появился!» — подумал он, наконец.
Тут же по веткам запрыгала обезьяна. Она принялась поедать плоды и заснула. Слюна текла у неё изо рта ц превратилась в лиану, по которой месяц, спустился на землю.
Возвращаясь домой, месяц ставил ловушки на птиц. пряча в каждой колючку.
— Не проверить ли тебе птичьи силки? — обратился он к тестю, едва войдя в дом.
Вернулся тесть, охая и ругаясь: все руки в занозах! Дочери принялись врачевать отца, а месяц думает: «Пусть меня позовут!». Тут же позвали.
— Ложись, — говорит он тестю, — да не сюда, а ни подстилку из коры!
Тесть лёг, а месяц как крикнет:
— Превратись же в тапира!
Тот превратился и подбежал, поднимая облако пыли. Этот след виден поныне, европейцы называют его Млечный Путь.
— А что я буду есть? — прокричал тапир, убегая.
— Листья станешь жевать, грязь солёную лизать будешь! — отвечал месяц.
— Впрочем, — добавил он, — это все для простых тапиров. А сам ты замрёшь недвижим, а если вдруг шевельнёшься — вся земля задрожит! Никто не посмеет к тебе приближаться, кроме сильных шаманов вроде меня. Шаманы же станут пить волшебный отвар, обретут новое зрение и смогут лицом к лицу говорить с тобой!
Потом месяц принял облик красивого длинноволосого юноши и стал по ночам посещать обеих сестёр. Жена не узнала бывшего мужа. Женщины решили мазать лицо любовника сажей, но тот каждый раз умывался и отличить его от других мужчин наутро не удавалось. Однако тёмный плодовый сок смыть не удалось — все и увидели, что это месяц. Старшая сестра отказалась от него наотрез, а младшая хоть бананового пива дала.
Однажды пошли все купаться — а воды нет. Воду спрятал моррокой, птица вроде вороны. Месяц пошёл в заросли бамбука и давай их рубить — на месте зарослей забурлил широкий поток. Старшая сестра поплыла к берегу, но месяц спихнул её вниз с обрыва. Тогда женщина впилась за полузатопленную пальму. В тот же момент месяц произнёс заклятие:
— Ты навсегда останешься среди вод, а как попробуешь выбраться на сушу, разразится страшная буря. Никто не посмеет к тебе приблизиться, кроме сильных шаманов воде меня. Шаманы же станут тебя просить прекратить бурю, либо усилить её!
— А ты, — повернулся месяц к младшей сестре, — отправишься в страну мёртвых и будешь готовить еду и напитки покойникам. Ты станешь матерью живых и покровительницей усопших!
Моррокою месяц предрёк:
— За то, что воровал воду, будешь есть гнилые листья, отбросы, дохлую рыбу!
С тех пор моррокой страдает.
Расставшись с сёстрами, месяц вооружился магической палочкой и зашагал по лесу. Видит — бегают какие-то существа с обезьяньими хвостами. Он убрал хвосты — получились люди. Одна из самок находилась в хижине, где закрываются женщины во время месячных кровотечений. От неё произошли краснозадые обезьяны.
Дальше месяц явился к своему старшему брату солнцу. Тот предложил пива. Месяц наклонился над кружкой, а брат выхватил его палочку и забросил на крышу. В отместку месяц вырвал из рук солнца пучок ярких перьев и швырнул туда же. Оба брата полезли за своим имуществом и навсегда остались на небосводе. Солнце сказало месяцу:
— Люди будут видеть тебя по ночам, а ты наблюдать, как мужчины совокупляются с женщинами. Я же возьму себе день, начну любоваться, как люди работают!
— Как же, — ответил месяц, — работают! Оба будем смотреть на любовные игры — ты днём, я ночью. С тобою впрочем поссоримся и никогда не станем встречаться!

[Тигренок]

Какая красивая последняя девушка...

[Дионис]

Тигренок, вся в меня!

[Дионис]

Го-ноэно-ходи шёл и видит: труп, о который чуть не споткнулся, разрезан пополам. Го-ноэно-ходи превратил половинки в двух юношей.
— Ты будешь Года-кип, — сказал он («из головы»), — а ты
— Года-чак! («из ног»).
Братья осмотрелись и пустились в путь. Направились по первой дороге — и попали в беду, еле живы остались. Пошли по второй — то же самое. Осталась третья дорога.
Братья резво шагали и добрались до мест, где жила людоедка. Каждый день она ставила капканы на одиноких путников.
— Смотри! — говорит Года-чак, — капкан! Залезем в него и посмотрим, что за дом у хозяйки — с нами-то ничего не случится!
Приплелась старуха, глядит — два человека раскачиваются в петле вниз головой. Её взгляд остановился на бёдрах юношей.
— Какие пенисы! — восхищалась она. Мужских органов подобных размеров людоедке ещё видеть не доводилось. Старуха освободила пойманных из ловушки. К её радости, оба оказались живы. Она повела братьев домой и, не тратя времени даром, устроилась на лежанке. «Интересно, кто подойдёт первым?» — размышляла она.
Каждый из братьев желал доказать другому своё превосходство.
— Я не могу кончать два дня и две ночи! — заявил Года-кил.
— Я — не меньше! — ответил Года-чак. Но только лишь Года-кил попробовал, как вскочил, ревя от боли. Трудно сказать, на что рассчитывал Года-чак, который не мог не заметить, что пенис у брата откушен. Тем не менее он тоже лёг — и закричал ещё громче. Однако страшнее всех голосила старуха: два пениса, оставшиеся в её зубастом лоне, жгли как огонь. Они были словно перцем намазаны, ни одной женщине такое выдержать не под силу.
Братья бросились из дома вон. Старуха освободилась от невкусной добычи и принялась готовить гостям угощение. Она догадалась, что братья вернутся и попытаются что-нибудь украсть. Положив на видное место отравленные апельсины, старуха спряталась. Ночью Года-кил и Года-чак проникли в дом, схватили апельсины и убежали. Как вонзили в них свои зубы, так и упали замертво.