ну как ВАМ это...
России церковь не нужна. Собеседник, №34, 06 сентября 2011
Александр Невзоров, в прошлом скандальный ведущий знаменитой программы «600 секунд» на питерском ТВ, потом – депутат Госдумы, а ныне писатель, публицист и знаток лошадей, в последнее время засветился еще в одной ипостаси – непримиримого антиклерикала и критика РПЦ. Сегодня (особенно после выступления в программе «НТВшники», где Невзоров заявил, что «Православная церковь дурачит народ»), как говорит сам Александр Глебович, он является одним из главных «поповедов» в стране. С чего вдруг такая неприязнь к церкви? Чем она для Невзорова нехороша? Мы попытались понять подоплеку этого противостояния.
Пел в церковном хоре и курировал попов-гэбистов
– Александр Глебович, вы вообще к церкви с какого-то боку причастны или выступаете по принципу «Священное Писание не читал, но скажу»?
– Причастен. Все началось, когда я был очень маленьким, протестным и достаточно глупым, лет 30 назад. Я тогда пел в церковном хоре и ездил по монастырям. По разным причинам я из этого поповского мира свалил, тем более что с моей ориентацией (она традиционная) мне карьеру там было не сделать.
– Вы хотите сказать, что священнослужители в годы вашей молодости были исключительно нетрадиционной ориентации?
– Я знал, предположим, только парочку попов нормальной ориентации.
– И кто же эти нормальные, с которыми вы общались?
– Владимир Александрович Крючков (председатель Комитета государственной безопасности), с которым я очень дружил и с которым был связан многими общими интересами, вызвал меня в Москву и предложил курировать структуры КГБ на Северо-Западе. Структуры эти оказались той самой агентурной вертикалью церкви, которая на 60–70 процентов состояла из работников госбезопасности. Не каких-то там привлеченных со стороны за патриотизм или интересы, а нормальных штатных сотрудников. Они – военные люди, получили приказ пойти работать с верующими и попами. Понятно, что советская власть не могла оставить без внимания структуру, которая распоряжалась мнением многих миллионов человек.
– Чистые руки, холодная голова, черная ряса. Служба, так сказать, во всех смыслах слова?
– Была выстроена отличная структурная вертикаль: иеромонахи, архимандриты, епископы, митрополиты – все наши люди, которые как раз и играли в этот театр. Полномочия мои были известны, и со мной им не надо было напускать святости. Тяжелая служба! Представьте целого полковника госбезопасности, отрастившего бороду, которому приходилось скрытно курить, меньше материться на людях. Одному такому удалось даже за счет своих агентурных возможностей подавить вспышку национальной розни где-то в районе Донецка. Об этом было доложено в ЦК, дяденька был вызван и удостоен личной похвалы Брежнева. Леонид Ильич настолько был восхищен полковником, что стоило колоссальных трудов уговорить Брежнева не представлять его к званию народного артиста СССР.
– Ужас какой. Неужели все было настолько цинично?
– Никакого ужаса, надо гордиться нашими чекистами. И никакого лицемерия – они разведчики, которые были внедрены в идеологически чуждую структуру, которой и управляли.
– И насколько успешной была эта деятельность?
– В целом агентурная сеть справлялась с заданием. Но к сожалению, церковь тогда, в 90-е, не смогла оказать серьезной помощи ни в вопросах референдума, ни в вопросах сохранения стабильности Союза. Агентурная вертикаль была отчасти спившаяся, гуляющая сама по себе. С кем-то я тогда проводил воспитательные беседы.
Бородатая шушера учит нас жить
– Но сейчас-то, надо полагать, среди иерархов РПЦ люди истинно верующие, а не атеисты с корочками госбезопасности, изображавшие из себя попов.
– Лапа КГБ отсохла в 90-м году. Даже те, кто был чекистом, потеряв связь с органами, мутировали, трансформировались и заняты своим личным магическим бизнесом. А что касается истинно верующих… Я не могу оскорбить того же протоиерея Всеволода Чаплина подозрениями в том, что он всерьез считает, что кусты разговаривают. А он в это обязан по идее верить, поскольку Священное Писание утверждает, что Моисей разговаривал с кустом.
Сегодня вся эта забавная бородатая шушера решила, что будет учить нас жизни. Есть ролевая игра – «Я служитель веры»! По этим правилам и играйте хоть в грибных эльфов, никаких проблем, хоть в джедаев переодевайтесь, машите светящимися мечами – пожалуйста! Но – в специально отведенных для этого помещениях. Я не против веры как таковой, пусть верят хоть в переговаривающуюся офисную мебель.
– Игра не игра, но, мне кажется, большинству народа это надо. Так спокойнее жить.
– Да не надо это никому! Вера, говорите? А что такое вера? Это элементарное отсутствие знания. Невозможно верить в горючие качества керосина, глупо в них верить, мы знаем, что они есть. Все мы с детства верим в Деда Мороза. Бородатое существо, которое несет подарки. Некое воздаяние за добрые дела совершится, если мы будем такими-то и такими-то. Через какое-то время мы узнаем: Дед Мороз – это спившийся артист областной филармонии, который в лифте пьет водку и хватает Снегурочку за попу, если еще в состоянии до нее дотянуться. И вера наша в Деда Мороза прекращается. Бог – это такой большой Дед Мороз. Со временем к человеку приходит знание жизни, видение этой жизни и понимание, и Деду Морозу в ней не место.
Если кому-то хочется поиграться, то пусть играется, но игры эти очень опасные. Мы на протяжении тысячи лет видели историю этой религии, какой кровью, насилием она обернулась у нас в стране.
– Но ведь трудно спорить с тем, что с установления православной религии отсчитывают начало государственности российской.
– Мы совершенно спокойно брали Царьград и до укрепления православия, будучи язычниками, били болгар, имели организованную армию. Мы заплатили дорого за православие. Если бы не столь экзотичная религия, с татарским игом мы справились бы быстрее, чем за 300 лет.
Религия – суперприбыльный бизнес
– Большинство вас не поймут и даже осудят. Может быть, их мнение стоит уважать?
– Давайте тогда будем уважать тех, кому нужен кокаин. Кому страшно нужна водка, чтобы быть спокойнее, увереннее в жизни. Я не против этой веры, не против религии, но в том случае, когда она задвинута на то место, которое ей определено Конституцией. Это частное личное дело. Это жутко опасная штука, и она не годится в качестве национальной идеи. Кого с кем религия может объединить? Она может только расколоть и так уже истерзанное общество. В стране живут много миллионов атеистов. Всякая религия разъединяет. Пусть верят во все, что угодно, хоть в совокупляющиеся светофоры, но они ведь хотят, чтобы мы их содержали! Представьте – уклонение от уплаты налогов по причине близости к сверхъестественному существу. Они не хотят платить налоги с прибыли, с недвижимости, со своих торговых точек, где производится продажа религиозно-магических услуг.
– Но ведь если есть спрос на эти услуги, должно же быть и предложение?
– Любая торговля ничем – это потрясающий бизнес. Их товар под названием «благодать» не нуждается в таможировании, складировании, не подвергается усушке-утруске. И плюс самая широкая нелегальная сеть в стране торговли серебром и золотом. Торговля эта происходит без пошлины, без кассовых аппаратов. Они стали опасны. Натравливают своих дуболомов громить выставки. Выкидывают детские дома, планетарии, краеведческие музеи из якобы культовых зданий. Это даже не церковь с куполами, просто здание, которое принадлежало когда-то какому-то епархиальному управлению. Они натравливают своих дуболомов бить девчонок на гей-парадах. Люди имеют право быть такими, какими они хотят быть, и никто не имеет права указывать, какими им быть на основании древнееврейской мифологии.
– В школах, возможно, скоро Закон Божий преподавать начнут. Значит, это надо государству?
– В школы они идут по одной простой причине – хотят обеспечить себя покупателями свечек на два поколения вперед. Пусть они соберут референдум, объявят православие государственной религией, тогда мы будем думать, что делать в ответ. То ли это будет массовая миграция, то ли гражданская война – там посмотрим.
Вы ж в ток не верите 