События эпохальные и рядовые

Выпуск от 29 января 2013

ЦЕНТР ДОНСКОЙ ЕПАРХИИ

Городское сообщество в Новочеркасске жило рутинной, не изобилующей разнообразием и масштабными делами жизнью. Некоторое оживление в обыденную жизнь города вносили периоды нечастых посещений его высочайшими особами (императорами), великими князьями (братьями и сыновьями императоров), чиновниками высшего ранга (военным министром и министрами статскими). Периоды эти сопровождались суматохой, активизацией деятельности местного руководства в области благоустройства города и улучшения работы всех его служб. Но были такие периоды недолгими и нерегулярными.

Духовная жизнь донцов тоже не изобиловала какими-то значимыми событиями. Обширный край, звавшийся Землёй донских казаков, по делам церкви и веры православной был подчинён пастырями отнюдь не донскими и, тем более, не казачьими. Руководство донским духовенством всё так же велось с территории губернского и одновременно епархиального города Воронежа, отстоявшего от административного центра казачьих земель – города Новочеркасска - на расстоянии нескольких дней пути на почтовых лошадях. Представителям донского духовенства для решения тех либо иных вопросов духовной жизни донцов приходилось добираться туда по почтовому тракту, связывавшему Дон с административными центрами среднерусских губерний вплоть до древнерусской столицы – города Москвы, бывшей в это время губернским городом. Напомним, что и духовным центром Российской империи в этот период Москва, с некогда имевшейся в ней патриархией, уже не была, а была таковой новая российская столица – город Санкт-Петербург с находившимся в нём синодом. Как писал живший и творивший в описываемый период 1820-х – 1830-х годов великий русский поэт А.С. Пушкин,

«И перед новою столицей
Померкла старая Москва,
Как перед новою царицей
Порфироносная вдова».

Через несколько лет после восшествия на престол императора Николая I - в середине марта 1829 года - на его высочайшее имя из Новочеркасска было подано представление так называемого «секретного комитета о раскольниках». В представлении этом вполне аргументированно высказывалось предложение по созданию на Дону самостоятельной епархии русской православной церкви. Самодержец не стал затягивать дело и уже в конце этого же месяца - 30 марта - соизволил начертать на представлении всего одно слово: «Согласен». А 5 апреля уже был утверждён и доклад Святейшего синода о второклассной Донской епархии. Это означало, что в учреждаемой на Дону новой епархии будет хотя и не столь многочисленный, как в первоклассных епархиях, но всё же свой штат сотрудников из числа представителей донского духовенства.

 

В состав духовного управления новоучреждённой епархии вошли не только территория, подконтрольная войску Донскому, но также Кавказская область и Черномория (то есть территория, подконтрольная войску Черноморскому, со временем ставшему зваться Кубанским казачьим войском). Епископам, руководившим новоучреждённой Донской епархией, присваивался титул «Новочеркасский и Георгиевский». Местом расположения их резиденции стал Новочеркасск. С этого времени Новочеркасск становится не только административным центром – столицей – казачьего Дона, но и епархиальным городом. Первым архиепископом Новочеркасским и Георгиевским стал бывший архиепископ Тамбовский – Афанасий. В его ведение и был передан в 1930 году временный (ещё деревянный) Вознесенский собор, возведённый, как мы уже знаем, ещё во время закладки Нового Черкасска в 1805 году как временный и действовавший с того момента уже в течение четверти века. Как тут не вспомнить меткое выражение о том, что нет ничего более долговременного, как временные сооружения! Вот это-то невзрачное, небольшое по размерам и тесное для уже немалого количества его прихожан строеньице, в связи с учреждением в Новочеркасске епископской кафедры и стали пышно именовать Вознесенским кафедральным собором.

Но так как руководству новоучреждённой епархии и её службам требовалось соответствующее обустройство, то в 1931 году Донской духовной консисторией было получено также разрешение Святейшего синода на постройку в Новочеркасске так называемого Архиерейского дома (то есть здания резиденции правящего архиерея) и здания самой консистории. Для этих целей отпускалось 146020 рублей 60,5 копеек казённых денег. Известно, что землю для запланированных к постройке зданий отвёл город, причём безвозмездно. А готовые планы этих зданий были присланы из имперского Министерства внутренних дел. Оба здания строились, выражаясь современным языком, хозяйственным способом, под присмотром самого Донского архипастыря. Строились эти здания особым комитетом, так что приняты и сданы в эксплуатацию они были уже через 3 года после начала их возведения – в 1834 году. Остаётся лишь сообщить, что Архиерейский дом в Новочеркасске – это здание, которое в наши дни известно как Дом офицеров; а двухэтажное здание бывшей Донской духовной консистории располагается позади него – на углу, образованном стыком нынешней улицы Урицкого с Платовским проспектом.

Строившийся же тогда каменный Вознесенский войсковой собор, символическая закладка которого состоялась ещё в 1805 году, а строительство которого стало вестись с 1811 года, остался в ведении войскового правительства Донского казачьего войска. Оно-то и продолжило обеспечение дальнейшего строительства этого грандиозного по тем временам сооружения и финансирование всех связанным с этим строительством расходов.

О ТОРГОВЛЕ И РЕМЁСЛАХ

В год завершения строительства зданий Архиерейского дома и Духовной консистории казачье население Новочеркасска представляли: 10 генералов, 90 штаб-офицеров; 221 обер-офицер; 330 урядников; 4 полковых писаря; 9511 казаков. Из других категорий народонаселения в городе имелись: 249 священников и церковнослужителей; 1670 крестьян; 6767 женщин; 2982 малолетки. Однако к этому времени некогда однородная казачья масса уже стала распадаться на отдельные категории. Появились в казачьей среде и неслуживые казаки. Среди них были не только те, которые не могли служить из-за болезни либо из-за наличия у них каких-то физических недостатков, но и те, кто мог нанять за деньги и послать на службу вместо себя другого казака, либо даже представителя невойскового сословия.

Когда это позорное для казачества явление перестало быть единичными случаями и приобрело массовый характер, у стоявших во главе войска Донского казачьих атаманов появилась идея придать ему легитимную форму. Тем более что ещё в 1804 году был подписан высочайший указ, который и был отправлен на имя войскового атамана М.И. Платова. Именовался тот указ так: «О предоставлении казакам, занимающимся торговлею и имеющим рыбоспетные заводы и торговые суда, права пользоваться льготою от службы с тем, чтобы казаки эти, коих будет первоначально определено 300 человек, взносили в особый капитал, назначенный на исправление бедных казаков к службе, каждый по 100 руб., лишь за то время, когда товарищи их находились в походе». Этим императорским указом и было положено начало образования на Дону особой категории казаков, которая со временем станет зваться торговым казачеством. Само же Общество донских торговых казаков будет учреждено лишь через 3 десятилетия - 12 сентября 1834 года - на основании уже другого императорского указа.

Права и обязанности членов новоучреждённого Общества были определены «Положением об управлении войском Донским», утверждённым императором и вступившим в действие с 1 января 1836 года. В соответствии с этим «Положением» торговые казаки военной службы «лично не отправляли». Однако при этом они должны были ежегодно выплачивать по 200 рублей ассигнациями. Из внесённых ими денег складывался войсковой капитал, который предназначался, как оговаривалось «Положением», «на исправление к службе неимущих нижних чинов и на другие военные потребности». Такая «служба» торгового казака должна была продолжаться в течение 30 лет, к завершению которой он должен был внести в войсковую казну не менее 6000 рублей.

Вплоть до 1870-х годов Общество донских торговых казаков было единственным надёжным двигателем местной торговли. В середине 1830-х годов в нём насчитывалось уже не менее 500 членов. Каждый из них специализировался на том либо ином виде товара. Так, например, торговый казак Кошкин скупал на Нижегородской ярмарке железо и скобяные товары. Он сплавлял их сначала по Волге, а затем, перевезя на Качалинскую пристань, по Дону. Таким же образом торговые казаки Корнеев, Лимарёв, Пудавов и другие сплавляли лес, поставляя его на Дон. Но торговые казаки занимались не только поставками товаров на Дон, но и производством, строительством. Так торговый казак Сербинов взял подряд на строительство областных присутственных мест и успешно выполнил его. Результат его торгово-производственной деятельности мы можем и ныне наблюдать на примере возведённого нанятыми им рабочими старинного здания с колоннами на пересечении Атаманской улицы с Платовским проспектом.

А вот строительные материалы для этого здания производили казаки не торговые, а служивые. Но служили они не в строевых, а в рабочих полках. Эти полки и обслуживали кирпичные заводы, принадлежавшие не частным лицам, а войску Донскому и оттого звавшиеся казёнными. На заводах этих 100 приставленных к ним казаков обязаны были изготавливать каждый день до 20 тысяч штук сырого (то есть необожжённого) кирпича. А за полгода они должны были производить 3000000 штук обожжённого кирпича. Однако, в общем и целом, промышленная и торговая инфраструктура в Новочеркасске появлялась и развивалась довольно медленно, а не так скоро, как того хотелось войсковой администрации Донского казачьего войска. Ведь среди донских казаков, бывших людьми служивыми и считавших занятия тем или иным ремеслом деятельностью для себя унизительной, людей мастеровых либо склонных к какому-то ремеслу практически не было.

БОЛЕЗНИ И НЕВЗГОДЫ

Плохое качество воды в колодцах на вершине Бирючекутского холма вынуждало новочеркасцев пользоваться услугами водовозов, доставлявших им лошадьми бочки с водой из протекавших у подножия холма степных мелководных речек – Аксая и Тузлова. Бочки не всегда и не всеми водовозами тщательно вымывались. Со временем они покрывались внутри слизью и плесенью и становились причиной заболеваний тех жителей города, которые пользовались водой, доставляемой в таких бочках. В периоды же весенних разливов пригородные реки выходили из берегов, и их вода, смешавшись с водой разлива Дона, подолгу стояла на окрестных лугах. После спада воды луга надолго оставались покрытыми массой мелких озёр и болот, которые под жарким южным солнцем быстро зацветали и гнили, давая приют мириадам комаров и мошек. Эти и другие насекомые были разносчиками различных заболеваний и инфекций. Так что различные инфекционные заболевания периодически поражали новочеркасцев, разрастаясь до эпидемий.

Периодически появлялось в Новочеркасске и такое тяжёлое заболевание, как холера. Впервые она посетила наш город через четверть века после его основания. Появилась она в 1830 году сначала в станице Аксайской, которую буквально опустошила. А затем добралась и до главного (а в то время и единственного) города донцов. Количество умерших от заболевания холерой новочеркасцев росло изо дня в день. Для погребения зараженных ею и вскоре умерших горожан не хватало не только рук, но и смельчаков. Даже священники отказывались от участия в причащениях больных холерой и в погребениях умерших от неё. Дошедшие до нас источники называют имена только двух священников – Василия Куфаева в Новочеркасске и Тимофея Попова в Аксае, которые не убоялись грозной напасти и бесстрашно являлись на призывы своих прихожан. Они увещевали свою паству, призывали людей крепиться, молиться и надеяться на милость божию. Но не помогали и призывы отважных святых отцов: многие горожане и жители окрестных хуторов и станиц в панике срывались с насиженных мест и уезжали в отдалённые уголки донского края, надеясь укрыться там от напасти и переждать до лучших времён.

Через 18 лет холера вновь посетила донской край. Предполагают, что она была завезена на Дон теми, кто ехал через наши края из Грузии. И опять болезнь поразила сначала Аксайскую станицу, а затем перебралась и в Новочеркасск. За 6 недель, в течение которых свирепствовала холера в городе, она извела 5000 его жителей. На этот раз священники не только уповали на милость божию, но и совместно с врачами пропагандировали индивидуальную и общественную гигиену. Предлагая бороться с холерой народными средствами, служившие на Кавказе казаки пропагандировали рецепт «баклановки» - настойки, которая помогала им бороться с холерными вибрионами во время Кавказской войны. Принимались и иные меры защиты. Так те, кому приходилось заниматься погребением умерших от холеры, для защиты своего тела от инфицирования обмазывали его дёгтем, оставляя чистыми только глаза. Их прозвали за это мазуриками. Аксайцы же стали ходить крестным ходом с появившейся у них иконой Божией матери Одигитрии, которую после прекращения эпидемии объявили чудотворной.

Но ничто - ни икона, ни крест святой, ни настойка «баклановка» - не смогло помочь тогда войсковому атаману - генералу от кавалерии М.Г. Власову. Отправившись в поездку на север Земли войска Донского (так стал зваться донской край с 1835 года), он всё же заразился холерой и умер в станице Усть-Медведицкой, где и был похоронен. Случилось это в 1848 году, когда атаману было уже за 80 лет. Максим Григорьевич Власов оказался последним донским войсковым атаманом из числа донских казаков. Все последующие донские атаманы были императорскими назначенцами на этот пост, никакого отношения к донским казакам не имевшими.

ПАВЕЛ ЧЕРНОВ

Комментарии