Газета

 

Вы читаете архив газеты. Свежие выпуски размещены здесь:  http://novocherkassk.net/lavochka/

КОНЕЦ ДОНСКОЙ СТОЛИЦЫ

Выпуск от 18 января 2005

«Все рядком лежат, — не развесть межой.

Поглядеть — солдат! Где свой, где чужой?

Белым был — красным стал: кровь обагрила.

Красным был — белым стал: смерть побелила».

М. Цветаева.

В конце апреля 1918 года кайзеровские войска вторглись в пределы Донской Советской республики на юге. А на севере, на верхнем Дону, белогвардейцы создают сотни, полки, успешно проводя операции против Советов. Принимают контрмеры и красные. Чрезвычайный штаб Донской республики объявляет мобилизацию крестьян и казаков в ряды Красной Армии. Была надежда получить пополнение на севере Дона. Туда, в Хоперский и Усть-Медведицкий округа, 1 мая и выехала из Ростова через Новочеркасск мобилизационная комиссия во главе с Подтелковым и Кривошлыковым. В ее составе были коммунисты-политработники и отряд красных казаков. Задача комиссии — сформировать из сочувствующих Советам крестьян и казаков на Хопре и Медведице красные части. 10 мая близ хутора Пономарева подтелковцев окружили белоказаки и вынудили их сложить оружие. Приговор военно-полевого суда был суров и скор: на другой день 78 пленных бойцов были расстреляны, а Подтелков и Кривошлыков повешены.

В этот же день в Новочеркасске, освобожденном от большевиков 6 мая, шло заседание Круга Спасения Дона. На нем атаманом Войска избирается генерал Петр Николаевич Краснов (1869-1947).

Краснов не только воспринял идеи А.М. Каледина и. М.П. Богаевского — «Дон — для донцов», но и развил идею о самостоятельности донского края. Он действовал более решительно и категорично.

В борьбе с большевиками Краснов делал ставку на немцев, надеясь на их помощь. И первое время эта помощь за донской хлеб, уголь, скот была существенной. Дон получил от немцев вооружение, снаряды, снаряжение для армии. Большевики именовали Краснова «немецким наймитом». Не жаловали атамана за связи с кайзером и некоторые из его окружения. Не обращая на это внимания, Краснов проводит ряд преобразований. В мае 1918 года специальной декларацией Область Войска Донского провозглашается самостоятельным государством — Демократической республикой с наименованием Всевеликое Войско Донское («впредь до образования в той или иной форме единой России»). Принимается государственный войсковой герб, бывший в древние времена (Елень (олень), пронзенный стрелою), флаг, состоящий из трех продольных полос (синяя, желтая и алая) равной ширины, означающих национальные цвета живущих на территории Войска донских казаков, калмыков и крестьян. Выпускаются свои бумажные денежные знаки достоинством от 20 копеек до 500 рублей. Надо сказать, что они котировались много выше, чем «керенки» и деникинские «колокольчики». Был утвержден национальный гимн. Для него использовалась песня, созданная еще в годы Крымской войны в XIX веке, «Всколыхнулся, взволновался православный тихий Дон», правда, с некоторыми изменениями текста. Кстати, этот гимн приняло возрождающееся ныне донское казачество, тоже подправив текст.

Конституция Всевеликого Войска гласила: «Все сословные привилегии и сословия отменяются. Всевеликое Войско Донское есть самостоятельное государство, основанное на началах народоправства». Гарантировалось принятие в казачье гражданство всех жителей Дона. Содержались в ней и другие гарантии, отвечающие чаяниям людей, проживающих в донском крае. Все это сыграло определенную роль в сплочении казаков и иногородних для отстаивания Дона от большевиков. Заманчивые обещания благ давали и большевики — как казакам, так и крестьянам донского края. Но те и другие ставили условие: воевать на их стороне.

В Новочеркасске устанавливается жесткий режим. Комендант города писал в своем приказе: «За неисполнение приказов командующего армией и моих виновные будут расстреляны, а имущество реквизируется в пользу войсковой казны». Для определения судебных дел образуется «пятерка» во главе с генералом Петровым, которой предписывается всю работу заканчивать в двухдневный срок. По некоторым данным только в тюрьму попали более двух тысяч человек. На предприятия возвращаются их владельцы. Распускаются заводские комитеты, запрещаются собрания и митинги. Такой же порядок был установлен в других городах и станицах Дона. Жестоко подавлялось сопротивление красновскому режиму, незамедлительно каралась пропаганда большевистских идей.

Краснов ставит задачу создать мощную Донскую армию. И ему это удается сделать в удивительно сжатые сроки — в течение двух-трех месяцев. Он объединил разрозненные белогвардейские партизанские отряды, мобилизовал казаков-«нейтралов», крестьян, калмыков. За короткое время красновцы заняли чуть ли не всю донскую область. Они вышли к Волге, к Царицыну (ныне Волгоград). К тому времени в Донской армии насчитывалось 85 тысяч штыков и сабель. Но усиливалась и противоборствующая сторона. И не только за счет пришедших из центральной России бойцов Красной Армии. Здесь, на Дону, сформировались в основном из коренных жителей крупные соединения, которые повели на донских белогвардейцев бывшие войсковой старшина Филипп Миронов, вахмистр Борис Думенко, старший унтер-офицер Семен Буденный, казак-калмык урядник Ока Городовиков… Коль уж свои пошли на своих да еще такой массой, это грозило неминуемым крахом Донской армии. Она оказалась не в силах противостоять красным.

К этому времени, после гибели Корнилова, командующим Добровольческой армией стал генерал А.И. Деникин. Подчинав себе кубанцев, он стремился взять под свою власть и донцов, не считаясь с тем, что их интересы не совпадали с его девизом: «Великая, Единая, Неделимая Россия!». Казаки не помышляли участвовать в числе «спасителей России», как этот требовал Деникин. Они по-прежнему пытались сохранить нейтралитет, обособиться, хотя и понимали, что советская власть не оставит их в покое.

Немцы, на помощь которых уповал Краснов, вследствие революции в Германии, покинули Россию. Донская армия все больше становится морально неустойчивой. В те дни газета «Правда» писала: «Казаки непрерывно перебегают к нам в одиночку и целыми группами». В Новочеркасске состоялось заседание Войскового Круга, походившее скорее на суд над командующим Донской армией генералом С.В. Денисовым и начальником штаба Поляковым. Круг обвинил их в развале армии и выразил им недоверие. Оба генерала ушли в отставку. Краснов, конечно, видел, что Донская армия своими силами удержать Дон не в состоянии. И он, как говорили лидеры Донского правительства, вынужден был, скрепя сердце, подписать приказ о подчинении Донской армии главнокомандующему Добровольческой армией генералу А.И. Деникину. Вскоре он сложил с себя полномочия войскового атамана, покинул Новочеркасск, а затем и Россию, уехал в Германию.

Атаманом Войска становится Африкан Петрович Богаевский (1872-1934). В правительстве Краснова он занимал пост председателя совета управляющих отделами и управляющего отделом иностранных сношений.

4 января 1919 года Красная Армия переходит в наступление, беря направление на Ростов и Новочеркасск. Деникин сформировал вроде бы внушительную силу. Но и красные выставили против него стотысячную армию.

Тревожно жил Новочеркасск. Круглые сутки светились окна атаманского дворца, куда шли приказы Деникина, а оттуда на линию огня летели депеши Богаевского. Через Новочеркасск шли и шли эшелоны, перебрасывающие деникинцев, вооружение на север. Белые готовились дать отпор красным, а потом перейти в наступление.

В это время ЦК РКП (б) в «Циркулярном письме» от 24 января 1919 года требует «провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно, провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо участие в борьбе с Советской властью. К среднему казачеству необходимо применять все те меры, которые дают гарантию от каких-либо попыток с его стороны к новым выступлениям против Советской власти».

Жестокость была возведена в норму. Председатель Московского Совета П. Смидович говорил с трибуны ВЦИК: «… эта война ведется не для того, чтобы привести к соглашению или подчинить, это война — на уничтожение. Гражданская война другой быть не может».

Второй параграф упомянутого «Циркулярного письма» требовал: «Конфисковать хлеб и заставить ссыпать все излишки в указанные пункты, это относится как к хлебу, так и ко всем другим сельскохозяйственным продуктам».

Исполнители циркуляра, усердствуя, выгребали не только излишки (причем без какой-либо платы, компенсации) и не только у богатых. Фактически население Дона обрекалось на голодную смерть.

В Новочеркасске активизировали свою деятельность большевистские подпольщики. Так, отдельные телеграфисты радиостанции Войска Донского важнейшие данные о действиях и планах белогвардейцев передавали в окружной комитет РКП (б), а тот — в Донком. Подпольщики Матвей Гуньков и Михаил Мироненко по заданию Донкома взорвали железнодорожный мост близ станции Новочеркасск, тем самым затормозив переброску войск и вооружения белогвардейцев.

22 мая 1919 года в Новочеркасске была раскрыта большевистская организация. В тюрьме оказались многие подпольщики, в том числе и члены ревкома. Военно-полевой суд, считая, что подсудимые ставили перед собой цель ниспровергнуть существующий на территории Всевеликого Войска Донского государственый строй, вынес суровый приговор: М.И. Гуньков и М.А. Мироненко были приговорены к смертной казни, М.И. Березкина, В.Н. Успенский, Г.П. Васечко и М.П. Житков — к шести годам каторжных работ. Но потом это решение было пересмотрено. Смертникам определили каторжные работы, другим наказания тоже смягчили.

Большевики Новочеркасска понесли значительный урон. Но многие из них продолжали работать в глубоком подполье. Вскоре после провала создается новый новочеркасский окружной комитет, получающий указания и поддержку из Ростова. Борьба усиливается, нарастает.

Весной 1919 года деникинцам и Донской армии удалось остановить наступление красных, подходивших к Ростову и Новочеркасску, а затем перейти в наступление и дойти до Орла и Курска. Однако вскоре из-за несогласованности действий им пришлось отступать, откатываться на Дон. Решающие бои предстояли под Ростовом и Новочеркасском. Тревога нарастала с каждым днем.

На столицу Дона надвигалась грозная туча. Где-то за Персиановкой устрашающе гремела артиллерия. Новочеркасск обороняла изрядно потрепанная Донская армия. Ее командующий генерал-лейтенант В.И. Сидорин, как ему казалось, создал вокруг города «неприступный вал».

Обороняющие Новочеркасск заняли огневые рубежи на подступах к городу — на высотах у станции Персиановской. Десять конных полков, пехота, укрывшаяся за проволочными заграждениями, охватывали город полукольцом. Изготовилась к бою артиллерия, в балочке затаились английские танки. На железнодорожных путях стояли под парами бронепоезда «Ермак», «Илья Муромец», «Атаман Каледин».

В авангарде 9-й армии красных, которой предстояло взять Новочеркасск, шел конно-сводный корпус Бориса Думенко. Ему были приданы кавалерийская дивизия имени Блинова, стрелковые соединения. С утра 7 января начался бой. Он шел почти весь день с переменным успехом. Немалые потери были у обеих противоборствующих сторон. Защитники Новочеркасска начали уходить из города. В то роковое время покидали родимый край пятидесятитысячная обескровленная Донская армия. Донское правительство во главе с последним атаманом Войска А.П. Богаевским, войсковой круг, свыше трех тысяч беженцев…

Армейские подразделения перемежались с многочисленными конными и воловьими повозками, полными женщин, детей, стариков. Многие шли с чемоданами, саквояжами, баулами, мешками за плечами, в которых было только самое необходимое. Беженцы… Их гнал животный панический страх. И, бросив годами нажитое, оставив домашний очаг, люди бежали в неизвестность, не зная, что их ждет впереди.

Ночью 7 января 1920 года корпус Думенко занял Новочеркасск. 9-я армия, одержав столь легкую победу, не преследовала отступающих. 1-я Конная армия Буденного вошла в Ростов только 8 января. Это позволило Донской армии и беженцам уйти за Дон.

С 7 января 1920 года Новочеркасск стал рядовым городом, потеряв статус столицы донских казаков, каким являлся более столетия.

Небезынтересны такие цифры: в 1915 г. в Новочеркасске проживали 61700 человек, в 1919 г. насчитывалось уже около 100 тысяч, а после установления советской власти оказалось только 43 тысячи. И такие изменения произошли всего за четыре года. Одни погибли в годы мировой и гражданской войны, другие были вынуждены уйти в эмиграцию, третьи вскоре же после окончания войны вследствие репрессий оказались далеко от родимого края…

Опустошенными были некогда богатые магазины, склады, базы, до крайности оскудели рынки. Лишился город многих материальных и духовных богатств. Атаман Богаевский, генералы, купцы, дворяне, отступая из Новочеркасска, уходя за рубеж, вывезли из города золото, донской архив, музей лейб-гвардии казачьего полка, наиболее ценную утварь Вознесенского собора.

(Печатается с сокращениями).

Комментарии